Когда Виктор впервые произнёс вслух свою безумную идею, адвокат, человек с железными нервами и стальными аргументами, вдруг превратился в живое воплощение сомнения. Он снял очки, положил их на стол и так внимательно посмотрел на Виктора, словно пытался понять: неужели он не перепутал сценарий фильма с реальностью? Миллионер сидел у панорамного окна, спокойно вращая в пальцах бокал с минеральной водой — настолько спокойно, что казалось, он обсуждает не собственное исчезновение из этого мира, а выбор нового дивана для загородного дома.
За окном город гудел своей привычной суетой: машины мчались по делам, прохожие спешили навстречу своим приключениям. А в кабинете повисла такая тишина, что можно было услышать, как адвокат мысленно прокручивает в голове анекдот про юриста и миллионера.
Помните тот? «Почему адвокаты никогда не играют в прятки? Потому что хорошие деньги всегда находят своих владельцев!» Вот примерно такой настрой царил в комнате.
– Ты понимаешь, что предлагаешь?
– наконец тихо спросил адвокат.
– Прекрасно понимаю. Хочу умереть. Только ненадолго.
Да-да, именно так Виктор сформулировал свой план — умереть ненадолго! Это звучало как сюжет для фантастического сериала или шутка из разряда «пришёл мужик к доктору и говорит…».
Но нет — это была его реальность. Адвокат тяжело вздохнул: перед ним был не сумасшедший человек, а мужчина, который слишком долго жил среди красивых улыбок и фальшивых тостов.
Виктор заработал состояние колоссальное — строительная компания здесь, торговые центры там, сеть гостиниц где-то ещё. Деньги считались у него не пачками банкнот (кто сейчас вообще считает банкноты?), а проектами и сделками. Но чем богаче становился бизнесмен, тем больше появлялось желающих поживиться за его счёт.
Иногда казалось: он уже давно перестал быть человеком и превратился в очень дорогой сейф с паролем на миллион цифр.
Всё началось после его шестидесятилетия — праздника с размахом такого уровня, что даже король Мидас мог бы позавидовать. За длинным столом собрались родственники всех мастей: от тех, кто помнил Виктора ещё мальчишкой с велосипедом без тормозов (а таких было мало), до партнёров по бизнесу и друзей детства.
Все улыбались искренне или меньше искренне — тут уж как кому повезло.
Но вот после праздника Виктор случайно подслушал разговор двоюродного племянника с женой:
– Старик ещё держится крепко… но возраст берёт своё.
– Думаешь, надолго?
– Главное завещание не переписал бы…
Эти слова прозвучали так же буднично и беззаботно, как будто обсуждали погоду за окном или новый сериал на Netflix. Виктор тогда не устроил скандала – ни один миллиардер не любит портить праздничный вечер мысли о смерти – просто сел в машину и ехал молча домой. Впервые почувствовал себя ненужным в собственной семье — ах да!
Семья – это когда тебя любят за то, кто ты есть… или хотя бы за то состояние на банковском счету.
После этого подобные разговоры стали преследовать его словно надоедливый комар летом ночью. Секретарша рассказывала о том, как сотрудники шепчутся возле кулера воды: «Кто займёт кресло босса?» Племянница стала чаще навещать Виктора каждую неделю с вопросами о здоровье (возможно она решила открыть свою клинику?).
Родной брат звонил через день с советами типа «Пора подумать о спокойной жизни», что звучало примерно так же убедительно как предложение перейти на диету после новогодних каникул.